Владислава Романова. Единство русского православия. К десятилетию объединения РПЦ и РПЦЗ

+

ЕДИНСТВО РУССКОГО ПРАВОСЛАВИЯ

 К десятилетию объединения РПЦ и РПЦЗ

Act_of_Canonical_Communion

В год столетия революции отмечается десятилетие подписания Акта о каноническом общении Русской Православной Церкви Московского Патриархата с Русской Православной Церковью Заграницей. 17 мая 2007 года Святейший Патриарх Московский Алексий II и Первоиерарх РПЦЗ митрополит Нью-Йоркский и Американский Лавр подписали этот исторический документ о восстановлении канонического единства и евхаристического общения.

Две части одной Церкви после Революции и гражданской войны пребывали в разделении, большей частью, из-за политических разногласий. Их воссоединение стало зримым шагом по преодолению революционных последствий.

История раскола насчитывала 80 лет. За это время обе части Церкви подвергали друг друга довольно жесткой и категоричной критике. РПЦЗ в России воспринималась как «карловацкий раскол». Московский Патриархат назывался эмигрантами «безблагодатным», «сергианским», целиком зависимым от коммунистических властей, «намеренных уничтожить Церковь и Россию».

Трагедия раскола Русской церкви возникла в результате Революции и гражданской войны в России. Белую армию окормляли священники и епископы, которым пришлось покинуть Родину вместе с уходившими военными и беженцами. Церковь разделила участь русского народа в рассеянии. По прошествии многих десятилетий можно сказать, что именно она сохранила этот народ. Переселенцы, прибывая на новое место, в Латинскую Америку или Канаду, первым делом возводили всеми подручными способами храм – Святое место. Строили здание своей жизни на крепком основании – на Вере в Бога. Те, кто предпочитал оставаться без Бога, оказывался нежизнеспособен в иноземной и враждебной среде. Николай Бердяев в эмиграции написал брошюру «О самоубийстве» – как ответ религиозного философа на проблему роста самоубийств в среде русской эмиграции. Спаслись и выжили те, кто верили в Бога.

В 1920-е годы Россию вынужденно покинуло около 30 епископов. Русские священнослужители оказались в Константинополе, в Галлиполи – вместе с армией, на Лемносе – вместе с казачеством, в Бизерте – вместе с военным флотом, затем на Балканах, в Западной Европе, Северной и Южной Америках, в Австралии и Новой Зеландии. Русские священнослужители окормляли несколько миллионов русских – представителей аристократии, военных, ученых, деятелей искусств, простых беженцев всех сословий, которые оказались разбросанными по всему миру. Русское рассеяние в 1920-х годах – это 3-4 миллиона человек в Китае, Константинополе, Западной Европе, на Балканах. И более 8 миллионов русских оставшихся на бывших окраинах Российской империи – в отделившихся Польше, Литве, Эстонии, Латвии, Финляндии и на других территориях.

Церковные структуры не растворились и не вошли в состав местных патриархатов, но сохранились обособленно для окормления русских людей в рассеянии. Сохранение церковной структуры было предпринято по образцу организационного сохранения русской армии в 1920-е годы. Все надеялись вернуться в Россию после падения власти большевиков. Но армия, политические организации эмиграции со временем исчезли, осталась лишь Русская церковь, объединявшая эмигрантов.

Синод Русской Церкви Зарубежом изначально находился в Сербии. Сербский патриарх и Архиерейский собор Сербской церкви позволил функционировать русским церковным структурам на своей канонической территории. Из истории Церкви эмигрантами были найдены канонические обоснования временной возможности подобного положения. В 1921 году был создан Синод для управления церковными структурами в эмиграции. Он размещался с 1921 по 1946 годы в Сремских Карловцах, с 1946 по 1950 годы в Мюнхене, с 1950 года по настоящее время – в Нью-Йорке.

С точки зрения Московской Патриархии Синод РПЦЗ был расколом, поскольку не подчинялся Патриарху Московскому. Сохранение единства после кончины Патриарха Тихона было сложно. Отличными были реалии жизни двух частей Церкви – в страждущей России и за границей. С одной стороны, ряд политических заявлений РПЦЗ создали угрозы для Церкви в России. А с другой стороны, Послание к пастырям и пастве митрополита Сергия (Старогородского) и временного Патриаршего Синода от 29 июля 1927 года (так называемой «Декларации митрополита Сергия») заставило Архиерейский Синод Зарубежной церкви принять в 1927 году решение о прерывании общения с митрополитом Сергием. Так начался 80-летний период раскола.

В РПЦЗ оказались видные архипастыри и духовные писатели: знаменитый митрополит Антоний (Храповицкий), митрополит Платон (Рождественский), архиепископы Евлогий (Георгиевский), Анастасий (Грибановский), Серафим (Лукьянов), Елевферий (Богоявленский) и другие.

Наиболее известным святыми Русской церкви в рассеянии стали святитель Иоанн, архиепископ Шанхайский и Сан-Франциский, и архиепископ Богучарский Серафим (Соболев). Известными духовными писателями и подвижниками благочестия РПЦЗ были: архиепископ Аверкий (Таушев), епископ Митрофан (Зноско-Боровский), протоиерей Серафим Слободской, догматист протопресвитер Михаил Помазанский, историки профессор Н.Д.Тальберг, И.М.Концевич, канонист профессор С.В.Троицкий и другие.

Первоначально структура РПЦЗ была обширна, включала миссии в Иране, Китае, Японии, Корее, Северо-Американскую митрополию. Но постепенно Синод стал утрачивать над ними контроль. Православная церковь Америки и ее епископат начали общение с Московским Патриархатом, что завершилось получением автокефалии от Московской Церкви в 1970 году. В Западной Европе целая епархия во главе с митрополитом Евлогием (Георгиевским) с приходами, храмами, новыми монастырями и учебными заведениями в 1930-м году перешла в юрисдикцию Константинопольского патриархата. Потому знаменитая русская богословская школа, представлявшая духовное наследие Православия в Европе действовала под омофором Константинопольского патриархата.

Кроме того, в Европе и Америке непосредственно действовали представители Московского Патриархата. Были русские епископы, отстранившиеся от общественной и политической жизни и подвизавшиеся как аскеты. Примером является богослов, аскет и подвижник, ревнитель чистоты Православия, в прошлом духовник Царской семьи, архиепископ Полтавский Феофан (Быстров), который в последние месяцы своей жизни до 1940 года жил в затворе в пещере в небольшом французском городке Лимерэ.

Русские в эмиграции рассеялись по нескольким церковным структурам. О том, что происходило в церковном сообществе за рубежом, мы можем судить по такому факту из жизни митрополита Вениамина (Федченкова), как создание им в Париже храма во имя Трех Святителей – Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста – с надеждой, что эмигрантские церковные партии русских объединятся, так же как эти святители объединили своих почитателей, повелев им праздновать свою память в один день, засвидетельствовав Единство Церкви и их славы в Ней.

Историки эмиграции делают акцент на том, что РПЦЗ не считала и не стремилась признавать себя автокефалией. В принятом в 1956 году Положении о Русской Православной Церкви за границей она определяется как «неразрывная часть поместной Российской Православной Церкви, временно самоуправляющаяся на соборных началах до упразднения в России безбожной власти».

Вторая мировая война изменила положение РПЦЗ. В эмигрантских кругах наблюдался патриотический подъем. В ответ на призыв патриарха Алексия I (Симанского) в 1945 году о возвращении к единству с Московским Патриархатом, РПЦЗ покинули и перешли в патриаршую церковь ряд видных епископов. В их числе архиепископ Богучарский Серафим (Соболев), митрополит Парижский Серафим (Лукьянов); Русская православная миссия в Иране во главе с епископом Урмийским и Саламасским Иоанном (Шлимоном). С Московской Церковью воссоединились архиереи, клир и миряне епархий Харбинской, Камчатско-Петропавловской и Китайско-Пекинской. В том числе, известные нашим современникам архиепископы: Пекинский Виктор (Святин) и Камчатский Нестор (Анисимов). Верность РПЦЗ в Китае сохранил архиепископ Шанхайский Иоанн (Максимович), хотя он помогал собирать материальную помощь для Красной Армии во время войны и публично признавал патриарха Алексия I законным Патриархом.

В 1948 году архиепископ Нестор (Анисимов), прибывший в Москву на торжества в честь 500-летия автокефалии Русской церкви, был арестован, осужден и пребывал в заключении до 1956 года. Одним из обвинений было – служение панихид по Царственным страстотерпцам и создание храма-часовни в Харбине в память убиенных государя Николая II и короля Александра Карагеоргиевича.

После разгрома Православной церкви в Китае во времена «Культурной революции» завершилось пребывание там русской эмиграции. Архиепископ Иоанн Шанхайский в 1949 году вместе со своей паствой чудом смог безопасно покинуть Китай и расселить свою русскую паству в США и в Австралии.

Тогда же в Европе СМЕРШ значительно ослабил эмигрантские политические структуры, часть их участников была уничтожена физически. Это, конечно, не могло способствовать укреплению доверия РПЦ и РПЦЗ. Не способствовало взаимному доверию и то, что часть эмигрантов приняла участие в войне на стороне Гитлера.

Тем не менее, и в годы войны и все 90 лет рассеяния Русская зарубежная церковь и ее подвижники молились о страждущей России. Одним из светлейших образов святости русской Церкви за границей, бесспорно, является святитель и чудотворец Иоанн Шанхайский (1896 – 1966,  канонизирован РПЦЗ в 1994 году), который сегодня признан одним из величайших святых ХХ века. Такие святые как Иоанн Шанхайский молились о русском народе, о страждущей России и о ее будущем. С Россией и ее церковью были связаны упования и надежды всех духовных людей в эмиграции. Святитель Иоанн высказывался за будущее объединение Церкви при возникновении благоприятных политических условий.

Русское рассеяние послужило распространению Православия по всему миру. К 2007 году в РПЦЗ было 8 епархий и 300 приходов в Западной Европе, в Северной и Южной Америках, в Австралии и Новой Зеландии. Западные страны были духовно украшены православными монастырями, храмами, во имя Святой Троицы, преподобного Иова Почаевского, преподобного Серафима Саровского, преподобного Германа Аляскинского. Русские эмигранты основали в память о святых обителях России такие монастыри, как Новая Коренная пустынь в США, Обитель преподобного Иова в Германии, Успенский женский монастырь Новое Дивеево в США, Новое Шамордино в Австралии, Леснинскую женскую обитель Пресвятой Богородицы во Франции и т.д.

В России 1980-1990-х годов большим дефицитом была духовная литература. Джорданвилльский монастырь РПЦЗ рассылал посылки с книгами, изданными на русском языке. По сию пору книги этого монастыря издаются по нормам дореволюционной орфографии с «ятями», «ерами» и «И десятеричными». В ту эпоху, сложную для Церкви были хорошо известны труды авторов из Русской Зарубежной Церкви, как «Закон Божий» протоиерея Серафима Слободского, «Толкование на Четвероевангелие» и «Толкование на Апостол» архиепископа Аверкия (Таушева), «Догматическое богословие» протопресвитера Михаила Помазанского. О жизни самой РПЦЗ русские люди узнавали из книг о святом архиепископе Иоанне Шанхайском и иеромонахе Серафиме (Роузе). В Россию из РПЦЗ присылались книги, шли частные пожертвования от русских и церковных организаций – из Америки, Канады, Австралии, Европы.

Накануне воссоединения Церкви 8 миллионов человек в епархиях Русской Православной Церкви поклонилось святыням Русской Православной Церкви Заграницей – частицам мощей преподобномученицы Великой княгини Елизаветы Федоровны и инокини Варвары из Иерусалима. В 2004 – 2005 годах святыня несколько месяцев путешествовала по России и СНГ и посетила 61 епархию Русской Церкви.

По сию пору перед РПЦЗ стоят миссионерские задачи, которые стало легче решать с помощью Русской Церкви. По словам нынешнего первоиерарха РПЦЗ митрополита Илариона (Капрала) наблюдается приток инославных в православие через приходы РПЦЗ, так как люди на Западе читают духовную литературу на английском, французском или других языках.

Но одной из важных проблем для РПЦЗ является хронический недостаток кадров – священнослужителей, необходимых для духовного окормления прихожан, общины которых размещаются на разных континентах и в разных странах.

Проблемы, которые испытывает РПЦЗ на сегодня – в основном внешнего характера. На первом месте – уход большей части приходов и духовенства в Южной Америке в раскол после воссоединения РПЦЗ с Московским Патриархатом – по причине старых стереотипов в отношении состояния Московского Патриархата. Другой проблемой является малочисленность паствы и нехватка духовенства, угроза растворения русской общины в агрессивно-секулярной иностранной среде (дети и потомки эмигрантов новых волн часто не знают русского языка, вступают в смешанные браки).

Пока рано что-либо однозначно говорить об эмиграции, трудившейся под крылом Константинопольского патриархата, – Евлогианской ветви, отошедшей от РПЦЗ. Хотя русская религиозная мысль наиболее известна на Западе благодаря представителям этой части эмиграции. Нельзя сказать, что это православное богословское наследие совершенно лишено влияния западной религиозной мысли.

Знаменитый Свято-Сергиевский институт в Париже породил такое явление как софиология протоиерея Сергия Булгакова, России институт «подарил» протоиерея Георгия Кочеткова (ныне запрещенного в служении) и кочетковское либеральное движение в Церкви, которое не исчезло по сию пору. Это движение с сильными протестантскими, католическими и экуменическими влияниями. Современные сборники и хрестоматии по экуменизму содержат указания на православных богословов, участвовавших в экуменическом диалоге – протоиерея Георгия Флоровского, протопресвитера Александра Шмемана и других богословов США. Многие их труды писались на английском, далеко не все еще переведено на русский язык и безпристрастную оценку этому наследию предстоит дать в будущем.

РПЦЗ же обладает здоровым консерватизмом – для нее характерно неприятие нового календарного стиля, распространившегося в ХХ веке в ряде поместных церквей по политическим причинам. РПЦЗ не понимает тяготение Русской Православной Церкви к экуменическим организациям и экуменическому диалогу. Для этой церкви характерна крепкая приходская жизнь (из-за сравнительной немногочисленности членов прихода священник может знать каждую семью и каждого прихожанина), ее отличает близость архиереев к своей пастве, их демократизм, аскетичность и доступность. Такой образ архиерея наиболее ярко явил святитель Иоанн Шанхайский, такая традиция отношений архиерея и паствы характерна и для Сербии, где длительное время находился Синод РПЦЗ.

Одной из существенных и духовно привлекательных черт РПЦЗ является внимание к духовной стороне Православия, ревность о чистоте веры. В РПЦЗ дорожат монашеской традицией, на Западе и в Австралии эмигрантами основано 39 монашеских обителей и скитов.

В марте 2017 года почти одновременно проходили заседания Синода Русской Православной Церкви и Архиерейского собора РПЦЗ. Синод Московского патриархата принял решение о внесении в святцы Русской Церкви имен святых Запада. Сделано это было в миссионерских целях для распространения Православия на Западе. Примерно в это же время Собор епископов РПЦЗ, непосредственно живущих на Западе, обратился к Русской Церкви с совершенно иной миссионерской просьбой – отметить столетие революции захоронением ее вождя и гонителя Христианства В.И.Ленина…

…Эмиграция и церковное сообщество с самого начало своего пребывания за рубежом осмысляло катастрофу, произошедшею с Россией в 1917 году. Это осмысление способствовало кристаллизации четких монархических и консервативных позиций РПЦЗ, которые сохраняются по сию пору. Русская зарубежная церковь давно канонизировала Царственных страстотерпцев, она не приемлет экуменизм, негативно воспринимает переход Поместных Православных церквей на новый календарный стиль и стоит на позициях охранения чистоты Православия. Последнее особо актуально в связи с миссионерской позицией РПЦЗ – через нее в Церковь входят многие бывшие католики и протестанты, которым особенно понятны исторические последствиях уклонения от чистоты Православного вероучения.

Сегодня Русская Церковь за границей стоит на твердых монархических позициях. Однако первоначально далеко не все русские в рассеянии были монархистами и поклонниками Династии Романовых. В 1920-х годах русские власти в Харбине не хотели даже встречать и принимать останки алапаевских мучеников, князей Романовых. Сопровождавшему останки игумену Серафиму (Кузнецову) удалось доставить их в Пекин, где они были погребены на территории Русской духовной миссии, а мощи преподобномучениц Елизаветы Федоровны и инокини Варвары перевезти в Иерусалим.

Укрепление монархических ориентиров РПЦЗ было связано с тем, что изначально возглавил сохраненные церковные структуры митрополит Антоний (Храповицкий), который был монархистом и православным консерватором. В то же время, монархизм и консерватизм – это следствие глубокой духовной работы, глубокого размышления над судьбами страждущей России.

Святитель Феофан (Быстров) осмыслял страдание России как следствие «ненависти мира ко Христу». В своей проповеди он говорил: «не эта ли «ненависть мира»… разрушила единственное в своем роде христианское государство — Русское — и залила кровью обширные равнины земли Русской? И не мы ли, изгнанники рассеяния являемся жертвами этой ненависти мира к нашей Родине?…»

Первоиерарх РПЦЗ митрополит Анастасий (Грибановский) в день 7-летия убиения Царской семьи в 1925 году в Иерусалиме произнес проповедь, содержащую глубокое осмысление трагических событий.

Вот о чем он говорил тогда, указывая, что, с духовной точки зрения, дни Первой мировой войны, хоть тяжелые и полные испытаний, вели к «осуществлению высокого призвания русского народа». Государь об этом знал – отмечал митрополит Анастасий, — «с терпением превозмогая все невзгоды войны, он бодро шел навстречу этому грядущему светлому дню торжествующей правды и мира». Народ же «не претерпел до конца великаго испытания и потому не венчался венцом победы. Увлеченный духом обольщения и соблазна, он сошел с теснаго пути подвига, на который был поставлен рукою Промысла, и устремился на широкие пути своеволия и беззакония. В каком-то опъянении безумия он безпощадно стал разрушать все разумныя основы общежития и тогда взят был из его среды Удерживающий, т.е. Царь, как источник власти и главный оплот порядка в государстве…» — свидетельствовал владыка Анастасий в своей проповеди.

Все иерархи и Пастыри зарубежья обращались от лица верующих к Богу, взывая о прощении и принятии слез, проливаемых христианами в изгнании за грехи нетерпения, самоволия, предательства Царя и Богоотступничества.

Потому воссоединение с Русской православной церковью для РПЦЗ после падения гнета тоталитаризма было возможно только через решение вопроса о почитании Царской семьи и канонизации новомучеников и исповедников российских.

Юбилейный Архиерейский Собор Русской Православной Церкви в августе 2000 года прославил сонм Новомучеников и Исповедников Российских, в числе которых первыми были Царь Николай II и его святая Семья. Собор одобрил богословский документ «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», где прояснялась позиция Московского Патриархата в отношении к государственной власти, в результате чего теряли почву обвинения в «сергианстве». Был также принят документ «Основные принципы отношения Русской Православной Церкви к инославию», в котором ясно излагается позиция Московского Патриархата по вопросу о межконфессиональном диалоге, поскольку РПЦЗ стоит на консервативных антиэкуменических позициях.

Сблизило представителей двух частей церкви перенесение в Россию праха генерала А.И. Деникина и философа И.А. Ильина и перенесение останков Императрицы Марии Федоровны в 2006 году из Дании в усыпальницу Романовых в Санкт-Петербурге.

В мае 2006 года в Сан-Франциско состоялся Четвертый Всезарубежный Собор, принявший историческое решение о воссоединении Русской Церкви.

Сбылись чаяния святителя Иоанна, архиепископа Шанхайского и Сан-Францисского. Усилиями Первоиерарха РПЦЗ митрополита Нью-Йоркского и Восточно-Американского Лавра, Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, а также при содействии Президента России В.В. Путина, Церковь объединилась в 2007 году 17 мая – на праздник Вознесения и за два дня до памятной даты — Дня рождения последнего Императора-страстотерпца Николая Александровича Романова, который родился 19 мая.

Русская Православная Церковь Заграницей сегодня является автономной церковью в составе Московского Патриархата. Она сохраняет за собой имущественную, судебную, законодательную и иную самостоятельность. В собственности РПЦЗ сохраняются монастыри и участки в Иерусалиме и на Святой Земле, приобретенные до революции Императорским Православным Палестинским обществом и начальником Русской Духовной Миссии архимандритом Антонином (Капустиным).

Многие силы, враждебные Христу и человечеству, стремятся ослабить Вселенское Православие через расколы. В 1990-е годы враги России делали ставку на раскол Русской Православной церкви – по вопросам принятия ИНН, новых паспортов с «печатью зверя», поднималась тема сотрудничества епископов Русской Церкви с КГБ в советское время и ее коммерческая деятельность в 1990-е годы. Но расколоть Церковь не удалось. Наоборот, в 2007 году произошло великое событие, которое состоялось вопреки этой губительной тенденции – объединение частей Русской Церкви – в России и за границей. Все верующие во Христа, ощутили величие этого момента.

Романова Владислава Николаевна,

Центр церковно-государственных отношений

«Берег Рус»

Запись опубликована в рубрике Цивилизация Духа. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *