Станислав Смагин: «Пусть эти альтернативно святые люди с Хайеком в сердце и грантовым сокровищем в кармане переместят сердца вкупе с сокровищами в более приличествующее географически и (без)духовно место, где-нибудь на возлюбленном Западе».

…И что совершается ныне

Станислав Смагин, политолог, публицист

Война, при всех ее бедствиях, имеет как минимум одно очевидное достоинство. Боевые в полнеба пожарища предельно четко, не отдавая тьме ни одной детали, освещают нам все, что доселе было невидимым, непонятным, неконкретным. Нынешняя битва за Донбасс, вполне справедливо претендующая на статус очередной Отечественной войны русского народа, исключением не стала. Осветилось все.

Взять, например, отношения России и Европы. Россия – безусловная часть старой европейской цивилизации, белой (извиняюсь за это неполиткорректное слово), христианской, традиционной Европы, той, что, по словам первого президента ФРГ Теодора Хойса, покоилась на трех холмах – Акрополе (свобода и философия), Капитолии (право и общественный строй) и Голгофе (вера Иисусова). Да, и с той Европой у нас хватало глобальных разногласий. Взять хотя бы споры о «филиокве», способствовавшие расколу единой Церкви на Западную и Восточную в 1054 году. В православном понимании Святой Дух исходит лишь от Бога-Отца, но не от Бога-Сына. У католиков – и от Отца и от Сына. Для них православный взгляд кажется каким-то сумбуром, нарушением логики и служебной иерархии. Бог-Отец же взял Отца-Сына в сопредседатели управляемой им компании, а Святой Дух третий в списке топ-менеджеров, на правах начальника отдела, значит, должен подчиняться обоим. Ну как это – только Отцу? Это же нарушение устава! Уже тысячу лет назад обнаружился зазор между западным рационализмом и нашей духовной свободой, выходящей далеко за рамки уставов и циркуляров.

Дальше противоречия – религиозные, мировоззренческие, экономические, геополитические – с каждым веком все нарастали. Но даже в моменты наивысшей вражды Россия и Европа оставались обитателями единого смыслового пространства. Сколь люто не враждовали бы Монтекки и Капулетти, но Верона была у них одна. Нынешняя же Европа решительно отвергла все прежние устои, присягнув полной их противоположности. От Древней Греции здесь осталось разве что рабство (кредитное), от Древнего Рима – гей-оргии (впрочем, даже Гелиогабал, самый развратный из тамошних императоров, не додумался узаконить однополые браки). О Голгофе и говорить нечего, евробюрократы и леволиберальные активисты наверняка громче всех кричали бы Понтию Пилату «Распни!», припоминая Спасителю его многочисленные антитолерантные высказывания, а также изгнание из храма адептов Свободной Руки Рынка. Эта Европа предельно лжива и лицемерна, то, что на Майдане для нее было «революцией достоинства», в Новороссии мгновенно становится «инспирированным Кремлем бунтом черни против законной власти». Украина никакой не экцесс, повернувший мирный и дружелюбный Старый Свет, к его собственному огорчению, против нас, недалеких, агрессивных и тоталитарных. Это – осветительная ракета, позволяющая взглянуть в глаза и правде, и Европе. Взглянуть и ужаснуться, ибо это и не Европа вовсе, а гниющий кадавр великой некогда цивилизации, которому бессмысленно тянуть мизинчик в робкой надежде на «мирись-мирись-мирись и больше не дерись».

Теперь истинная Европа, наследующая трем холмам из формулы Хойса, это мы. И мы должны не забывать о настоящих, искренних патриотах и консерваторах Франции, Германии, Греции, Болгарии, Англии, да и других странах западной цивилизации, тех же США. Чем более абсурдную и саморазрушительную политику проводят правящие верхи этих стран под руководством транснациональных дирижеров, тем больше у нас союзников в низах, как среди простых людей, так и среди интеллектуалов. Вот кому мы должны, просто обязаны протянуть не мизинчик, а ладонь для дружеского рукопожатия. Примером как раз такого рукопожатия стал национально-консервативный форум, состоявшийся недавно на берегах Невы.

Кстати, российских либералов – и это еще одна вещь, замеченная благодаря донбасскому зареву – разложение Европы совсем не пугает. Напротив, усиление западного морального падения и русофобского настроя приводит их в еще больший восторг, и природа этого восторга теперь уже никого в заблуждение не введет. До этого мы слишком долго играли с либералами в странную ролевую игру. Они изливали беспрецедентные гадости и мерзости на Россию, русский народ, русскую культуру, быт, менталитет, генетику, на наше прошлое, настоящее и будущее. Каждый такой сеанс грязеизливаний заканчивался дежурной отговоркой, мол, не думайте, мы Россию любим, просто лучшее доказательство любви заключается в беспощадном бичевании язв и пороков, этого и классики не чурались; тут в качестве защитной иконы демонстрировался пухлый фолиант «Полное собрание язвительных цитат о России: от Аксакова до Шмелева».

Мы, привыкшие думать о людях лучше, чем они того заслуживают, озабоченно чесали затылок. Классики ведь и вправду такое говорили, бывало. Значит что? Значит, перед нами их всамделишные наследники. На них не обижаться надо, а молиться, святые люди. Все, молитвы подобного рода закончились, и фраза вроде «Как истинно русский патриот, наследник традиций Салтыкова-Щедрина и Демьяна Бедного, считаю нужным сдать Новороссию, покаяться перед Украиной и выдать ей многомиллиардный кредит, чтобы ловчее было убивать русских» теперь будет получать единственно верный и максимально жесткий ответ. Пусть эти альтернативно святые люди с Хайеком в сердце и грантовым сокровищем в кармане переместят сердца вкупе с сокровищами в более приличествующее географически и (без)духовно место, где-нибудь на возлюбленном Западе. Они там, правда, никому не нужны, ибо интересны лишь как действующие диверсанты в тылу балалаечно-матрешечно-медвежьего врага, но это уже не наши проблемы.

Зато наша проблема, очередная, высвеченная войной, — наличие подобных людей с неснятой дилеммой сокровища и сердца далеко не только в оппозиции. Это было бы неприятной мелочью, истинная же беда в том, что в половине властных кабинетов сидят идейные собратья Смердякова, Шендеровича и Ко. Еще в трети сидят не идейные, а вполне безыдейные обладатели оффшорных счетов и особнячков на теплых зарубежных берегах. Стоит ли удивляться, что усилий оставшихся патриотов и государственников не хватает для вытаскивания России из глубокой внешне- и внутреннеполитической трясины, в которую ее погрузили первые две категории чиновников?

Но самое главное, что война показала нам не только наших врагов и соперников, но в первую очередь нас самих. На что мы готовы, а на что — нет. Где порог нашего физического и духовного терпения. Каковы наши ценности, не декларативные, а реальные, данные в ощущениях. В чем наша сила и наша слабость. Над чем работать, что развивать, а что устранять. Каким шагом и по какой дороге идти в будущее. Мы знаем, сколько уже пришлось заплатить за это знание триединому русскому народу, и с трудом догадываемся, сколько надо будет заплатить дальше, — оттого оно вдвойне ценно. Не разбазарить бы.

Запись опубликована в рубрике Российская государственность. Добавьте в закладки постоянную ссылку.